Музеи России — хранители национальной памяти и «генетического кода» культуры. Эрмитаж, Третьяковка, Русский музей берегут шедевры от икон Андрея Рублева до «Черного квадрата». ДНК культуры — это духовность, величие империи и гений народа.

кандидат искусствоведения, старший научный сотрудник Русского музея

Андрей Рублев был

современником

преподобного

сергия радонежского.

Расцвет русского монашества совпал с распространением исихазма — особого духовного движения. Тогда его икона «Спас в Силах» стала центром русского иконостаса. Эта иконография сложилась еще в конце XIV столетия под влиянием учения о Божественном свете Григория Паламы. На «Спасе в Силах» лучи, исходящие от Христа, играют особую, смыслообразующую роль. И у Андрея Рублева проблематика света также выходит на одно из первых мест в творчестве.

ДАРЬЯ ПАРФЕНЕНКО

искусствовед Государственной Третьяковской галереи

Не просто знаток, но человек с редким даром — пробуждать внимание и чувство. Такой искусствовед не перегружает фактами, но находит одно произведение, точное слово, интонацию — и вдруг в сознании зрителя возникает портал прошлой эпохи. Но специалисты не могут быть рядом с каждым в нужный момент. И здесь на сцену выходит искусственный интеллект — технология, способная расширить опыт, сделать его доступным многим.

Человек переступает

порог музея и не знает,

с какого зала начать.

ему необходим проводник.

научный сотрудник отдела живописи второй половины XIX — начала XX века Государственной Третьяковской галереи

Особое место

в русском искусстве

занимает тема

материнства.

Художники связывали его с христианством и зачастую использовали в своих произведениях образ Богоматери. С течением времени менялись сюжеты, но концепция оставалась.

Татьяна Юденкова

доктор искусствоведения, заместитель генерального директора Государственной Третьяковской галереи по научной работе

Насколько мы можем себе представить, в 1856 году, в мае месяце, у нас есть точная дата — 10 мая по старому стилю, Третьяков впервые написал расписку о том, что он заплатил художнику Худякову за его картину 400 рублей.

Сегодня Третьяковская

галерея никак

не напоминает то,

что было тогда,

в середине xix века.

«Чувак, твоя мама

хочет дать тебе выбор.

с образованием ты можешь

быть кем угодно —

или даже дворником,

если захочешь.

а без образования

у тебя будет только один

вариант — дворник».

Вы хотите, чтобы дети были счастливы, дайте им выбор. Когда мой крестник в очередной раз спросил, почему мама заставляет его учить физику и иностранный язык, я ответила:

Этот выбор, который вы закладываете в детстве, — самый ценный подарок ребенку.

Елена Орлова

президент фонда «Наука. Искусство. Технологии»

В соединении технологий и традиций заключается сохранение культурного наследия:

где история вдохновляет.

мы не только храним

память о прошлом,

но и создаем мост

к будущему,

арт-критик, историк искусства, научный сотрудник МАММ

Открытым остается вопрос:

как формально

«плохое искусство»

вообще существует

в контексте современного

искусства?

Постчеловеческий пафос, с которым ИИ-искусство преподносится, резко резонирует с качеством визуальных артефактов, которые предъявляет нейросеть.

Что мы видим на полотнах XVIII — начала XX века

Представьте, как оживают полотна в Третьяковке: тяжелые шелковые платья, блеск золотого шитья, кружева и жемчуг.

Через наряды мы видим, как менялась Россия: от пышного барокко Екатерины до романтизма, реализма и модерна. Репин, Серов, Кустодиев, Брюллов и Боровиковский тщательно выписывали каждую складку и пуговицу, ведь одежда тогда говорила о статусе, вкусе и времени сильнее слов.

Мода на картинах

русских художников

XVIII — начала XX века —

это не просто одежда.

это зеркало целой эпохи.

Федор Рокотов «Портрет А.С. Тулиновой», конец 1770-х гг., Государственная Третьяковская галерея

Что мы видим на полотнах XX века

Революция, авангард,

советская эпоха

и оттепель — мода

на русских картинах

хх века меняется так же

стремительно, как

сама страна.

Исчезают кринолины и жемчуг, на смену им приходят кожаные куртки комиссаров, конструктивистские силуэты, строгие пиджаки и яркие платья «стильных» 60-х. Художники больше не просто рисуют одежду — они фиксируют эпоху: социальные потрясения, идеологию, свободу и её границы.

Через наряды на полотнах мы видим, как женщина превращается из барышни в работницу и космонавтку, как мужской костюм становится символом власти и одновременно — бунта.

Александр Дейнека «Юный конструктор», 1966 г., Государственная Третьяковская галерея

Какие цели преследуют технологические гиганты, инвестируя в художественные проекты, и какие пять ключевых вопросов цифровой эпохи они уже решили вместе с художниками?

В XXI веке у искусства

появился неожиданный

покровитель —

ит-бизнес.

© 2026 VK ООО «ВК» Все права защищены

Поделиться:

Источники фотографий: ВФокусе Mail, Unsplash, РИА «Новости», пресс-служба театра «Мастерская П. Н. Фоменко», Кино Mail, Сбер, пресс-служба «Мультимедиа Арт Музей», архив фонда «Наука. Искусство. Технологии»

Над проектом работали:

Елена Прохорова

Максим Ганноцкий и
Константин Савченко

Кира Чуракова
Вероника Сапожникова
Ольга Матыс
Дарья Баева
Татьяна Малинкина

Оксана Фарклоуг
Иван Остапенко
Екатерина Христова
Егор Мухин
Игорь Бурмакин

Константин Ткаченко
Александра Дрига
Елена Елисеева
Александра Артемьева

Майя Шулепова
Надежда Антонова
Иван Курганский
Анна Дорофеева

18+

главный редактор ВФокусе —концепция, продюсирование, интервью

съемки, монтаж